История томского театра 1902-1908
ТДТ ТЮЗ Скоморох Северский ТЮЗ

В.И.Суздальский

"В огне пожара" (1902-1908)

   НАЧАЛО ДВАДЦАТОГО столетия в театральной жизни Томска было отмечено шумным успехом труппы М.И.Каширина и А.Г.Аярова, работавшей в нашем городе два сезона подряд. «Блестящей во всех отношениях» назвал эту антрепризу Георгий Няткин, не склонный, и общем, к излишней патетике.

         «Правда, и и середине 90-х годов бывали в Томске хорошие исполнители,— писал он. — Но до антрепризы Каширина и Аярова томичи не видали такой Магды из «Родины», как Смирнова, такого царя Федора Иоанновича, как Орлов-Чужбинин, такого доктора Штокмана, как Белоконь». И еще долго томский зритель делил историю театра н своем городе на то, что было до. и что — после Каширина и Лярова. Не без оснований были взяты за точку отсчета сезоны этой труппы: эта парная антреприза вошла в анналы российского сценического искусства как один из образцов безукоризненной театральной культуры.
         Но театр —театром, а есть еще и социально-политическая история. Сказать, что жизнь властно вторгается в искусство — ничего не сказать: театр от жизни попросту неотделим.
         И вот—моментальный снимок города, каким он был сто с лишним лет назад:
         «Томск, главный город губернии того же имени, с населением в 31000 человек... По своей величине и значению это второй город Сибири, а по образованию и зажиточности жителей — первый. Он обладает 8000 жилых домов и других зданий, из них 250 кирпичных, 33 православными церквями, римско-католической церковью, тремя синагогами, мечетью, двадцатью шестью школами, насчитывающими 2500 учащихся, очень большой библиотекой и даже великолепным зданием университета, выстроенным уже три гола тому назад, но, несмотря на это, правительство не желает открыть его из опасения. что он сделается средоточием «вольнодумных идей» и «вредных направлений». По этой же самой причине три местные еженедельные газеты приостанавливаются каждый год печатанием на более или менее продолжительный срок по распоряжению министра внутренних дел».
         Так писал замечательный американский публицист Джордж Кеннан в своей книге «Сибирь и ссылка».
         Эти факты относятся к 1885 году.
         Текст содержит многое, над чем стоит поразмыслить. 250 кирпичных зданий — и одно из них театр.
         31000 жителей — а в тысячеместном театральном зале полный сбор.
         Университет еще не открыт — а город уже первый в Сибири по уровню образованности.
         Правительство, на словах насаждая просвещение, его же и боится.
         Правильно, наверно, боялось. Мертворожденный официальный лозунг «самодержавие, православие, народность» не в силах был противостоять реальной жизни с ее непридуманными болями и про-тиворечиями. Стремление разрешить противоречия неизбежно вело к революции.
         Bы спросите: при чем здесь театр?
         Очень даже — при чем.
         Теперешняя площадь Революции в Томске называлась Соборной. Название не было случайным: большую часть занимал Троицкий кафедральный собор. Королевский театр располагался визави к храму. Пока эпоха не раскалилась докрасна, эти два здания, одинаково зрелищные по назначению, но полярно противоположные по сути, сосуществовали довольно мирно. Но настал день, когда томский архиепископ Макарий во всеуслышание назвал театр «домом публичного разврата».
         Что же произошло?
         Революционная волна, предвещающая полный взрывных событий год 1905-й, захватывала всю страну, вовлекала в спой бурный водово-рот в общественную жизнь России, одной из кафедр которой по праву был театр. Сегодня нам даже представить трудно, как звучало в то время слово «Буревестник», как гремело имя Максима Горького. Предельно жаль. что утративши принцип историзма в своем воспи-тании, мы забыли самую сущность каких-то изначальных понятий. Школа дает выхолощенные формулировки, подобные той же триаде «православие, самодержавие, народность», университеты — наши университеты! — эти формулы закрепляют, практически не углубляя: обыденная жизнь вовсе не требует обращения к началам и истокам. В результате Горький воспринимается большинством советского народа как нечто классически-ветхое, вроде адмирала Шишкова, графа Хвостова или Тредиаковского.
         А нам ведь не хватает как раз — его революционности! И — его гуманизма!
         В 1902 году впервые на томской сцене был поставлен спектакль «На дне». В 1903-м—«Мещане», За ними томский зритель встретился еще с двумя горьковскими пьесами — то были «Дачники» и «Дети солнца». Сказать про какой-то выдающийся успех этих постановок,— значит, ничего не сказать; успех был совершенно особенного свойства. Непременные после каждого спектакля аплодисменты сменялись пением революционных песен, а порою стихийно возникал митинг, на котором политические лозунги звучали как естественное продолжение сценического действия.
         Вот тут-то архиепископ Макарий и обрушился на театр. И если бы он один... Не забудем, что православная церковь в Российской империи была официальной, то есть осуществлявшей государственную идеологию и в какой-то мере разделявшей власть; понятно, что городское и губернское начальство в конфликте церкви и театра заняло сторону отнюдь не последнего. Иначе, конечно же, никогда и не бывало, да и попросту быть не могло. Пришлось хозяину театра отделять его здание от Соборной площади высоким и длинным деревянным забором — трогательная попытка отгородиться от грядущих бурь. Трогательная в своей символической наивности, ибо бывают моменты, когда искусство звучит в унисон самому историческому процессу, а такое звучание остановить просто невозможно... Правда, эпоха и тут внесла свои коррективы: вскоре вместо забора на площади выросло трехэтажное здание управления Сибирской железной дороги.
         1905 год сделал митинги не стихийными и не случайными. Разумеется, революция рождалась не на театральной сцене и не в зрительном зале: ее питала трущобная жизнь рабочего класса, пеленали дымы заводских труб, нянчила вибрация фабричных машин. Но когда одной только подпольной работы становится недостаточно, когда возникает потребность встать открыто и высказаться в полный голос,— можно ли найти для этого сцену лучше, нежели сцена профессионального большого театра? Вопрос риторический; наверное, можно. Но театр — это ж так удобно, так привычно... То, что митинги шли именно & этом здании, говорит о многом — в том числе, и об определенной политической ориентации и репутации театра.
         17 октября 1905 года император Николай II подписал знаменитый манифест «Об усовершенствовании государственного порядка», в котором было обещано даровать России «незыблемые основы гражданских свобод». Почти сразу же родилась и облетела всю страну эпиграмма, в двух строках раскрывающая сущность документа:

         Царь испугался — издал манифест:
         Мертвым — свобода, живых — под арест.

         Томичи чуть ли не первыми в стране испытали на себе справедливость этой оценки.
         20 октября 1905 года Королевский театр был наполнен так, как не мог бы предположить ни архитектор-проектировщик, ни хозяева. Журналист и краевед А.Р.Пугачев, спустя много лет восстанавливая события того дня, писал: «Это был первый митинг, никем не стесняемый и не разгоняемый, и собравший такое количество людей, какого стены театра еще никогда не видели — около 3000 человек. Весь день продолжался этот первый свободный митинг».
         Большевик Г.Д.Потепин вспоминал:
         «20 октября Томским комитетом РСДРП в час был назначен митинг в здании городского театра. Накануне митинга мне и моему товарищу было поручено утром на нелегальной квартире взять как можно больше прокламаций и, тщательно спрятав их у себя под пальто, принести в театр и распространить среди участников митинга.
         Когда мы, нагруженные прокламациями, подходили к театру, там к этому времени произошли уже кровавые события. Черносотенцы нападали на участников митинга, угрожали им и делали попытки избивать. Боевая дружина организовала им революционный отпор, произошла перестрелка, и хотя черносотенцы отступили, митинг был сорван».
         К вечеру озверевшие дружинники «Союза русского народа» подожгли здание Королевского театра и прилегающего к нему управления Сибирской железной дороги. В огне пожара погибли десятки людей. Тех, кто попытался выбраться из пламени, расстреливали в упор, добивали баграми и топорами. Общее число погибших исчислялось сотнями. Есть веские основания считать, что расправа была учинена с прямого благословения архиепископа Макария, и совершенно точно — при полном и благосклонном попустительстве губернатора Азанчеева-Азанчевского. Последний, по свидетельствам современников, любовался заревом пожара из окон своего дворца, расположенного наискось через площадь от театра (ныне — Дом ученых). Любопытно, с кем из исторических персонажей он сравнивал себя в эти часы: с Нероном, наблюдающим пожар Рима, либо с Пилатом, умывающим руки?
         В листовке Томского комитета РСДРП говорилось:
         «Совершено чудовищное преступление... Сожгли около 300 живых людей... Сожгли большинство людей, совершенно непричастных к революции. Больше половины сожженных в здании Управления были простые обыватели, пришедшие за получкой жалования».
         Трагедия отразилась и на театральной истории нашего города. Опереточная труппа Тотманова, работавшая в то время на сцене Королевского театра, понесла большие убытки. Сгорело много костюмов и вся бутафория. В начале ноября Тотманов снял в аренду здание Общественного собрания,— но томичам в тот грозный сезон было не до оперетты. С большим трудом антрепренер дотянул до конца сезона.
         Еще более серьезным ударом было то, что Томск лишился цивилизованного театрального здания — причем лишился, как оказалось, на долгие годы. Из-за близости сгоревшего театра к собору его решили не реставрировать; «дом публичного разврата» так и не был реабилитирован церковными властями. Так что буквально со следующего сезона, 1906-1907 годов, театральное дело в Томске резко пошло на убыль.
         Значительно усугубила положение дел в театре общая обстановка реакции, охватившей страну после революционных событий. В духовной жизни возобладали настроения мистицизма, культивировался разного рода уход от действительности, порою тон в культуре задавала откровенная пошлятина. Но не бывает так, чтобы вовсе прервалась нить искусства, чтобы ушел со сцены высокий профессионализм. И «лучом света» на фоне общей растерянности и воинствующего цинизма стал приезд в Томск труппы М.М.Бородая, которого знаменитый В. И. Качалов называл «одним из талантливейших людей театрального мира». Нет, М.М.Бородай не был великим артистом или талантливым режиссером; скромный театральный библиотекарь в антрепризе Дюкова, потом сам антрепренер, он представлял собою ту немногочисленную, но славную прослойку людей в театре, на которых, собственно, и держится весь этот мир. Независимо от профессии и занимаемых должностей такие люди как бы олицетворяют собою сценическое искусство. Впрочем, почему «как бы?» Живя одним лишь театром, безраздельно отдавая ему всю свою энергию, они тем самым вдохновляют окружающих — в том числе, и артистов и режиссеров; и получается, что несут функции самой музы Мельпомены...
         Шутки — шутками, но роль таких людей в театральном мире невозможно переоценить.
         Умер М.М.Бородай в 1930 году.
         Этот коллектив показал томичам добротные спектакли по инсценировкам «Анны Карениной» Л.Н.Толстого и «Дворянского гнезда» И.С.Тургенева, также замечательные постановки пьес А.Н.Островского, А.П.Чехова, А.М.Горького.
         Революция кончилась, а жизнь продолжалась,— в том числе, и театральная жизнь. Конечно, неверно было бы расценивать первые послереволюционные годы, как сплошную беспросветность: спад был. и спад тем более ощутимый, что воспринимался на контрасте с предыдущим духовным всеобщим взлетом,— однако были и новые достижения, и новые высоты. Просто Томску несколько лет подряд не везло в этом отношении.
         Зато каким великолепным каскадом театральных звезд обрушилось на Томск второе десятилетие двадцатого века.
дальше

 

Вера Федоровна КомиссаржевскаяИван Григорьевич КалабуховЭмилия Леонидовна Шиловская в спектакле "Сказание о странной птице"Надежда Александровна Невская (Торопова) - Малютка  в спектакле "Сверчок на печи" по Ч.Диккенсу

двойной клик для получения большого фото


Если вы пользуетесь материалами этой страницы - ставьте ссылку
"АФИША: спектакли томских театров" /tafiz.ru
Copyright © 2001-2002 Андрей Киселев

Главная страница
Реклама:
Ковка. capitansilver. ru ручная ковка цена.
аминокислотный комплекс на каждый день
строительство автомойки похуже