Депрессию лечил у Ефремова
на главную страницуна главную страницу на страницу театра

"День добрый", 5 октября 2002.

Ирина Травина

Феликс ГригорьянДепрессию лечил у Ефремова
Феликсу Григорьяну исполнилось 65

Только что страна с горячностью отметила юбилеи двух великих своих режиссеров - 85-летие ныне здравствующего, полного сил и творческой энергии Юрия Любимова, создателя Таганки, и 75-летие ушедшего два года назад Олега Ефремова, создателя "Современника", руководителя МХАТа. Эти имена -слава российского театра и его легенда. Но на 1 октября выпал еще один юбилей: Феликсу Григорьяну, заслуженному деятелю искусств РСФСР, в этот день исполнилось 65 лет. В течение почти 10 лет он руководил Томской драмой, и это время (закончилось оно летом 1984 года) было и пока остается лучшим в обозримой истории этого театра.

       Как томичи ездили в Москву и Ленинград на премьеры, так и к нам в Томск приезжали из этих театральных столиц - "на Григорьяна". Его 'Женитьба" по Гоголю - спектакль яркий, парадоксальный, авангардный, случился раньше знаменитой постановки Анатолия Эфроса и отмечен в серьезных театроведческих исследованиях. Григорьяновская "Соленая падь" по Залыгину положила начало новому эпическому театру, основанному на великолепной прозе. Этот спектакль сделал томского режиссера знаменитым на весь Союз. Это знают все театралы.
       Но мало кто даже из самых искушенных догадывается о том, что Феликс Григорьян и Олег Ефремов были не просто знакомы. Их связывали отношения товарищества и дружбы. Познакомились они еще в
       60-х годах, когда молодой москвич, математик Григорьян пришел в режиссуру. Для Феликса Григорьевича нет кумиров, но об Олеге Николаевиче он всегда говорит с особенным пиететом: когда-то Ефремов протянул ему руку помощи в один из самых трудных моментов жизни.
       А было так. Анатолий Смелянский, завлит МХАТа, правая рука Ефремова, был в курсе, что когда-то давно Ефремов и Григорьян разошлись. Узнав, что Григорьян ушел из Томской драмы, уехал домой, в столицу, и был на тот момент без определенного места работы и в депрессии, Смелянский потратил свой отпуск в Крыму на то, чтобы свести Григорьяна и Ефремова. Примиренческая миссия удалась: последний пригласил первого во МХАТ на постановку Причем снова предложил ставить Сергея Залыгина - "Комиссию". Замечу в скобках, что писатель разрешил Григорьяну не только постановку, но и инсценировку романа (он хорошо помнил режиссера после "Соленой пади").
       На эту постановку ушел год. Работа была сложной, тема серьезной - становление социалистической законности. Начались репетиции с Евгением Киндиновым в главной роли. Потом его сменил Борис Щербаков. менялись и другие исполнители. Григорьяну выпала плохая планида: в этот момент МХАТ делился. И в спек-такле были заняты актеры из обеих, как потом выяснилось, половинок. Я, наверно, одна из немногих томичей, видевших этот спектакль, но ему не была суждена долгая жизнь. Уверена: по силе воздействия, гражданскому пафосу он превзошел бы "Соленую падь": мастер к этому времени набрал еще большую силу Но не судьба...
       Григорьян мог бы оставаться режиссером этого театра, а он ушел. И стал участником еще одного действа, срежиссированного на этот раз Олегом Николаевичем.
       Прошел лишь год, как Феликс Григорьевич уехал из Томска. Томичи ждали на гастроли МХАТ. Самолет с именитыми гостями приземлился в томском аэропорту. У трапа, согласно протоколу, выстроились все те, кто не так давно буквально выгонял Григорьяна из города. Думали ли эти люди, что сейчас они вновь встретятся с мятежным изгнанником? За секунду до открытия люка самолета Олег Николаевич (изрядно повеселевший за время пути) ставит Феликса Григорьевича впереди себя и командует "Давай, иди ты сначала". Лица у встречавших, которые по мизансцене вынуждены были вручать цветы именно Григорьяну, приобрели специфические выражение и окраску. Зато Ефремов получил от своей придумки несказанное удовольствие!
       Феликс Григорьевич бывал в доме у Ефремова. Он всегда тепло говорил об отце Олега Николаевича, удивительном старике, который в весьма преклонные годы оставался мудр, интересен, интеллигентен. Ефремов обязательно шел домой, чтобы пообедать с отцом, очень заботился о нем. А еще Олег Ефремов любил вместе с Григорьяном пойти к Евгению Евстигнееву, они жили в одном доме. Гости часто заставали бурные игры уже немолодого Евстигнеева с его маленькой дочкой.
       Помню, как я дала почитать Феликсу Григорьевичу интервью Ольги Кучкиной с уже безнадежно больным Ефремовым, а затем ее же статью-прощание с великим режиссером. Я боялась, что сердце Феликса Григорьевича разорвется у меня на глазах: Григорьян рыдал как ребенок. У актеров часто бывает, что они повторяют мимику, жесты, интонации любимого режиссера: у Григорьяна можно заметить тягучие, совершенно особенные ефре-мовские интонации - они оттуда, с самых первых встреч.
       В Томске в начале 90-х Григорьян сделал несколько работ: "На дне" Горького в Театре драмы, "Вишневый сад" Чехова в ТЮЗе. Оба спектакля, к сожалению, быстро сошли с афиш театров. А вот детективная комедия "Фредди" шла несколько лет, даже тогда, когда утратила первоначальную легкость и изящество.
       Последний приезд Феликса Григорьевича в Томск в конце 90-х годов не был удачным: он впервые, может быть, дал себя использовать не во благо. Но от этого приезда все-таки осталось и вечное - замечательная по глубине и философичности передача "Мастер" режиссера ГТРК 'Томск" Юлии Ратомской. Этакого большого, думающего Мастера, победившего судьбу, но не победившего себя самого...
       Поздравляя Феликса Григорьевича с юбилеем, хочется напомнить Мастеру: томские зрители помнят и любят его. И ждут от именинника книги о режиссуре, которую он так хотел написать.



Если вы пользуетесь материалами этой страницы - ставьте ссылку
"АФИША: спектакли томских театров" /tafiz.ru
Copyright © 2001-2002 Андрей Киселев

Главная страница
Реклама:
степперы winner
а приватный турнир покера дороже обычного турнира?